Лю Гэнь

Лю Гэнь¹, по второму имени Цзюньань, был родом из Чанъани². В юности он постиг Пять канонов³. Во второй год Суйхэ⁴ при ханьском Чэн-ди⁵ его рекомендовали как почтительного и бескорыстного⁶ и назначили ланчжуном⁷. Потом он оставил мирской путь и скрылся в каменной пещере на горе Суншань⁸. Пещера лежала на отвесной круче высотой в пять тысяч чжанов⁹, и вход в неё был с северной стороны обрыва. Зимой и летом он ходил без одежды, тело его поросло волосами длиной в один-два чи¹⁰. Лицом он был как юноша лет четырнадцати-пятнадцати, глаза глубоко посажены, усы и борода густые, все жёлтые, длиной в три-четыре цуня¹¹. Бывало, когда он сидел с людьми, он вдруг оказывался в высокой шапке и чёрной одежде, и никто не замечал, как он переоделся.

В то время господин Хэн¹², правитель Иньчуани¹³, рассказывал, что один из его предков был «одногодком» Лю Гэня¹⁴. Ван Ман¹⁵ не раз посылал гонцов звать Лю Гэня, но тот не пошёл. Господин Хэн послал¹⁶ храмового письмоводителя¹⁷ Ван Чжэня¹⁸ справиться о его здоровье — Гэнь не ответил. Потом господин Хэн отправил в горы своего гунцао¹⁹, господина Чжао, засвидетельствовать почтение. Гэнь сказал только: «Благодарю его превосходительство», — и больше ничего.

Позже правителем Иньчуани назначили господина Гао. Когда он прибыл на место, в народе начался сильный мор, в области умерло больше половины людей, в семье правителя заболели все, от мала до велика. Его превосходительство послал Ван Чжэня к Лю Гэню просить способ отвратить беду и изгнать моровую ци. Ван Чжэнь, кланяясь до земли, изложил просьбу правителя. Гэнь научил: в том месте, где стоит ци «дворца Тайсуя»²⁰, прокопать в земле яму глубиной в три чи, насыпать туда песку и полить вином. Правитель сделал, как было сказано, и больные тут же выздоровели, а моровая ци сразу прекратилась. Этим способом потом пользовались постоянно, и он помогал.

Позже правитель Ши Ци²¹ счёл Лю Гэня колдуном-обманщиком и решил его убить. Он послал гонца вызвать Гэня. Вся область отговаривала его, считая, что так нельзя, но Ши Ци ни за что не хотел отступиться. Чиновники заранее послали человека предупредить Гэня. Когда гонец прибыл, Гэнь сказал:

— Зачем правитель хочет, чтобы я пришёл? Что ж, пойду. Если не пойду, боюсь, вас всех обвинят: скажет, что вы и не приходили меня звать.

И Гэнь сразу явился в управу. Зал был полон гостей. Ши Ци велел Гэню подойти, а за спиной у него поставил пятьдесят с лишним человек из числа стоявших во дворе, с верёвками, плетьми и палками. Ши Ци грозно спросил:

— Вы владеете Дао?

— Владею, — ответил Гэнь.

— Раз владеете Дао, можете призвать бесов и показать мне? Не покажете — казню.

— Это очень легко, — сказал Гэнь.

Он взял кисть и тушечницу, что стояли перед Ши Ци, написал талисман и ударил им о ступени — раздался звонкий звук, будто ударили по меди²². Потом он протяжно засвистел²³. Звук был необычайно чистый и звонкий и разнёсся за городскую стену. Все, кто его слышал, замерли в трепете, гости перепугались. Вскоре южная стена перед залом вдруг раскрылась на несколько чжанов, и появились четыре чиновника в красном, выкрикивая, чтобы освободили дорогу. Несколько десятков воинов в красном с мечами и саблями вели повозку²⁴. Прямо через пролом в стене они въехали и остановились перед залом. Гэнь велел снять с повозки бесов. Воины в красном откинули с повозки чёрное покрывало. Под ним оказались старик и старуха со скрученными за спиной руками, связанные, как узники, с толстой верёвкой на голове²⁵. Ши Ци пригляделся — это были его покойные отец и мать.

Ши Ци в ужасе и горе заплакал. Родители тоже плакали и бранили его:

— Пока мы были живы, ты ещё не выбился в чины, и мы так и не дождались, чтобы ты кормил нас на своё жалованье. А теперь, после нашей смерти, зачем ты оскорбил святого бессмертного, высокого чина, так что нас схватили, связали и опозорили, как узников? С каким лицом ты будешь жить среди людей!

Ши Ци сошёл со ступеней, кланялся Гэню до земли и молил отпустить его предков. Тогда Гэнь велел воинам в красном увезти узников. Южная стена перед залом снова раскрылась, повозка проехала и тут же пропала. Исчез и Гэнь.

Ши Ци ходил как в бреду, будто помешанный. Его жена внезапно умерла, а долго спустя очнулась и сказала:

— Я видела твоих предков, которых схватили. Они в великом гневе и говорят: «Зачем ты задел великого бессмертного? Из-за тебя нас покарали. Мы придём и убьём тебя».

Через месяц с небольшим умерли и Ши Ци, и его жена, и сын.

Храмовый письмоводитель из Шаоши²⁶ Ван Чжэнь не раз встречал Гэня. Однажды, увидев, что тот весел и приветлив, Ван Чжэнь пал ниц, кланяясь до земли, и спросил, как Гэнь впервые обрёл Дао. Гэнь рассказал:

— Когда-то я ушёл в горы для сосредоточенного размышления и где только не побывал. Потом пришёл на гору Хуаинь²⁷ и увидел человека верхом на белом олене со свитой больше тысячи человек. Слева и справа от него четыре нефритовые девы держали верительные бирки с разноцветными бунчуками²⁸. Всем им было по пятнадцать-шестнадцать лет. Я дважды поклонился, коснулся лбом земли и попросил сказать мне хоть слово. Божественный человек остановился и сказал мне:

«Слышал ли ты, что в древности жил Хань Чжун²⁹?»

«Слышал», — ответил я.

«Это я и есть», — сказал божественный человек.

Я рассказал ему, что с юности люблю путь долгой жизни без смерти, но не встретил мудрого учителя. Я много занимался книгами рецептов и делал по ним, но большей частью без толку. «Неужели судьба и облик не дают мне, Гэню, превзойти мир? Сегодня мне посчастливилось встретить великого духа — об этом я мечтал дни и ночи, и сбылось желание моего сердца. Прошу, пожалейте меня, откройте самое главное».

Дух не хотел говорить. Тогда я заплакал, стал бить себя и снова просить. Божественный человек сказал:

«Садись, я скажу тебе. У тебя кости бессмертного, потому ты и смог меня увидеть. Но сейчас костный мозг у тебя не полон, кровь не тёпла, ци мало, мозг в голове убыл, сухожилия стянуты, плоть дрябла. Поэтому снадобья и направление ци не дают тебе силы. Если непременно хочешь долгой жизни, сначала двенадцать лет лечи болезни — только тогда сможешь принимать высшие снадобья бессмертных.

Среди путей бессмертных есть те, кто возносится на небо и ступает по облакам; те, кто странствует по Пяти пикам; те, кто ест злаки и не умирает; те, кто становится бессмертным через освобождение от трупа. Главное — приём снадобий. Снадобья бывают высшие и низшие, поэтому и бессмертные бывают нескольких разрядов. Кто не знает искусства спальни, кто направляет ци и занимается даоинь, но не получил божественного снадобья, — тоже не станет бессмертным³⁰.

Высшие снадобья — только эликсир девяти превращений и золотой раствор Великого Единого. Кто их примет, тут же поднимается на небо, не нужно копить дни и месяцы. Следом идут слюда, реальгар и подобные им: они позволяют летать на облаках и править драконами, а также повелевать бесами и духами, превращаться и жить долго. Снадобья из трав и деревьев способны лишь лечить болезни, восполнять истощение, удерживать годы, возвращать седине чёрный цвет, позволяют отказаться от злаков и умножают ци, но избавить человека от смерти не могут. В лучшем случае они дают несколько сотен лет, в худшем — лишь позволяют прожить отпущенный природой срок. Долго на них полагаться нельзя».

Я коснулся лбом земли и сказал: «Получить сегодня наставление — это милость Неба».

Божественный человек сказал: «Если непременно хочешь долгой жизни, прежде изгони три трупа³¹. Изгонишь три трупа — устоятся мысли и воля, уйдут пристрастия».

И он вручил мне божественные рецепты в пяти разделах, сказав: «Затаившиеся трупы в каждое полнолуние, в последний и в первый день луны поднимаются на небо и докладывают о грехах человека. Распорядитель судеб отнимает у него счёты и отрезки³², и жизнь его укорачивается. Духи в теле человека хотят, чтобы он жил, а три трупа — чтобы умер. Когда он умирает, духи рассеиваются и возвращаются в бесформенное, а три трупа становятся бесами. Люди приносят им жертвы и подношения, и они вкушают их. Вот почему им выгодно, чтобы человек умер поскорее. Если снится, что дерёшься со злыми людьми, — это духи сражаются с трупами».

Гэнь по порядку составил эти снадобья, принял их и так стал бессмертным.

Ван Чжэнь рассказывал ещё, что не раз видел, как Гэнь бросает на землю талисман, кого-то призывая, и тут же талисман будто кто-то подбирал, но человека видно не было. Не раз³³ он слышал, как Гэнь кого-то допрашивает, и кто-то ему отвечает, а облика не видно. Порой слышались удары плетей и палок, а порой на земле виднелась кровь. Понять, что там происходило, было невозможно.

Гэнь учил Ван Чжэня хранить Единое, направлять ци, удерживать в уме духов тела, а ещё древнему способу — следовать трём устоям и шести узам и каяться в проступках³⁴. Смог ли Ван Чжэнь стать бессмертным, неизвестно. Гэнь потом отправился в горы Цзитоу³⁵, стал там бессмертным и ушёл.

Примечания

1. Лю Гэнь 劉根, второе имя Цзюньань 君安; о нём есть рассказ и в «Хоу Хань шу». ↩

2. Чанъань 長安 — столица Западной Хань. ↩

3. Пять канонов 五經 — «Ши цзин», «Шу цзин», «И цзин», «Ли цзи» и «Чунь цю». ↩

4. Суйхэ 綏和 — девиз правления (8–7 до н. э.); второй год Суйхэ — 7 г. до н. э. ↩

5. Ханьский Чэн-ди 漢成帝 (в оригинале 孝成皇帝) — император (33–7 до н. э.). ↩

6. «Почтительный и бескорыстный» 孝廉 — ханьская рекомендация на службу. ↩

7. Ланчжун 郎中 — придворный чин. ↩

8. Суншань 嵩山 (в оригинале 嵩高山) — Средний пик, священная гора в нынешней провинции Хэнань. ↩

9. Чжан 丈 — мера длины, ок. 2,4 м. ↩

10. Чи 尺 — мера длины, ок. 24 см. ↩

11. Цунь 寸 — мера длины, ок. 2,4 см. ↩

12. Господин Хэн 衡府君 — правитель области по фамилии Хэн; 府君 — почтительное обращение к правителю. ↩

13. Иньчуань 潁川 — округ в нынешней провинции Хэнань, у подножия Суншани. ↩

14. В оригинале 同歲 — у ханьских чиновников так называли тех, кого рекомендовали на службу в один год. ↩

15. Ван Ман 王莽 — сановник, захвативший трон Хань и правивший как основатель династии Синь (9–23). ↩

16. В источнике 道, по смыслу читаем 遣 «послал». ↩

17. Храмовый письмоводитель 廟掾 — чиновник, ведавший храмом. ↩

18. Ван Чжэнь 王珍 — не путать с мастером зародышевого дыхания Ван Чжэнем 王真 (цзюань 6): имена разные, по-русски совпадают. ↩

19. Гунцао 功曹 — чиновник, ведавший заслугами и назначениями в управе области. ↩

20. Тайсуй 太歲 («Великий год») — божество, связанное с годовым кругом Юпитера; каждый год оно стоит в определённой стороне. «Дворец Тайсуя» 太歲宮 — видимо, эта сторона. ↩

21. Ши Ци 史祈 — правитель Иньчуани; известен по этому рассказу и по «Хоу Хань шу». ↩

22. Чтение предположительное: в источнике 扣堦鋒錚然作銅聲; знак 鋒 «остриё», видимо, искажён, смысл — «звонко, как медь». ↩

23. В оригинале 長嘯 — протяжный свист, которым даосы, по преданию, призывали духов. ↩

24. В оригинале 科車; значение неясно, видимо, повозка для узников. ↩

25. Чтение предположительное: 大繩的頭 — смысл неясен; видимо, головы (или шеи) обмотаны толстой верёвкой. ↩

26. Шаоши 少室 — западная вершина Суншани. ↩

27. В оригинале 華陰山 «гора у Хуаиня»; речь, видимо, о Хуашани (Западный пик), у подножия которой стоит город Хуаинь. ↩

28. Верительная бирка 節 — знак полномочий посланца; бунчук 旄 — пучок перьев или хвостов на древке. ↩

29. Хань Чжун 韓衆 — бессмертный циньского времени; по преданию, Цинь Шихуан посылал его за снадобьем бессмертия. ↩

30. Чтение предположительное: фразу 不知房中之事行氣導引而不得神藥亦不能仙也 можно понять и так: «Кто не знает искусства спальни, тот, даже направляя ци, занимаясь даоинь, но не получив божественного снадобья, не станет бессмертным». ↩

31. Три трупа 三尸 — три духа-паразита в теле: доносят Небу о грехах человека и желают его смерти. ↩

32. Счёт 筭 и отрезок 紀 — единицы жизненного срока (дни и годы), которые Распорядитель судеб 司命 вычёркивает за грехи. ↩

33. В источнике 佳聞; по смыслу, видимо, 往往聞 «не раз слышал». ↩

34. Чтение предположительное: в источнике 先生三綱六紀謝過上古之法; 三綱六紀 «три устоя и шесть уз» — конфуцианские нормы отношений (государь и подданный, отец и сын, муж и жена; родня, наставники, друзья). Знаки 先生, видимо, испорчены. ↩

35. Горы Цзитоу 鷄頭山 (обычно 雞頭山). ↩